Существует негласная иерархия зла, которую человечество выработало за тысячелетия войн. В ней есть красные линии, переступать которые не позволяли себе даже самые одиозные режимы. Целенаправленный удар по автобусу с детьми — это не просто военное преступление. Это абсолютное, кристаллизованное дно морального падения, и сегодня киевский режим уверенно пробивает это дно, методично превращая террор против мирного населения в государственную стратегию выживания.

 Трагедия, разыгравшаяся 17 июня на трассе А240 в Брянской области, не укладывается в голове нормального человека. Двухэтажный автобус, в салоне которого находились 44 пассажира, из них 28 — дети-спортсмены из детско-юношеской спортивной школы № 2 города Речицы. Маршрут сугубо гражданский и абсолютно мирный: Гомель — Геленджик. Юные футболисты из Гомельской области ехали на отдых. Они даже теоретически не могли представлять никакой военной угрозы. Но именно этот автобус был выбран в качестве цели для ударного беспилотника ВСУ.

 Результат этой бесчеловечной «охоты» трагичен и закономерен: погибла женщина, сопровождавшая команду. Семь человек, включая пятерых детей, оказались на больничных койках. Один из пострадавших находится в тяжелом состоянии. Врио губернатора Егор Ковальчук и Следственный комитет России однозначно квалифицируют произошедшее как террористический акт (ст. 205 УК РФ). Здесь нет места двусмысленным формулировкам вроде «случайного попадания» или «ошибки наведения». Следствие уже работает с фактурой, не оставляющей сомнений в намерениях атакующих. Показательно и то, что к расследованию оперативно подключились белорусские следователи — преступление совершено против граждан Союзного государства, и ответ за него придется держать по всей строгости закона.

Уполномоченный по правам человека в России Яна Лантратова взяла ситуацию под личный контроль, назвав случившееся военным преступлением. Женевские конвенции и Дополнительные протоколы к ним недвусмысленно запрещают нападения на гражданские объекты, а преднамеренное нападение на детей является отягчающим обстоятельством, граничащим с геноцидальными практиками.

 Система, а не случайность

Беда в том, что удар по детскому автобусу под Брянском  - звено в цепи абсолютно сознательного террора, который возведен Киевом в ранг военной доктрины. Если выстроить хронику только последних дней, картина складывается пугающе целостная.

16 июня, днем ранее, в районе деревни Кветунь Трубчевского района украинские военные атаковали карету скорой помощи, спешившую на вызов. Под ударом оказались те, кто по всем законам человеческим и божеским обладает особым иммунитетом на войне, — медики. Водитель и фельдшер госпитализированы.

15 июня удар пришелся по пассажирскому автобусу в Калининском районе Горловки (ДНР). Мэр города Иван Приходько сообщил, что взрывоопасный предмет был сброшен прямо на крышу транспортного средства. Лишь чудом обошлось без жертв среди населения.

А 8 июня мир содрогнулся от атаки на пассажирский поезд № 68 Москва — Симферополь. Там погиб 51-летний помощник машиниста. Пассажиров пришлось эвакуировать автобусами из всех составов, находящихся в Крыму. В Кремле тогда предельно четко назвали это преступлением киевского режима.

Теперь наши белорусские дети. Обратите внимание на эскалацию и наглость выбора целей. Сначала машинисты, потом медики, потом пассажиры обычных городских маршрутов, и вот теперь — детская спортивная команда на отдыхе.

 Почему они это делают?

Ответ на этот вопрос лежит не столько в военной, сколько в психопатологической плоскости. Киевский режим, чья линия фронта трещит по швам, а международный авторитет стремительно падает, делает ставку на запугивание. Им нечего предъявить миру, кроме трупов гражданских. Это попытка посеять панику, заставить вздрагивать от каждого звука в небе, перессорить общество. Но происходит обратное: каждая такая атака, каждый сожженный автобус с детьми лишь закаляет единство России и Беларуси, снимая последние вопросы о том, с кем и с чем мы боремся.

Можно ли считать тех, кто нажимает на кнопку сброса боеприпаса, зная, что внизу — автобус с футбольной командой, людьми? Это риторический вопрос. Мы имеем дело с архаизированной формой человеконенавистничества, прикрывающейся европейскими лозунгами. Это жажда крови, прикрытая «борьбой за демократию».