Шел 38-й день Великой Отечественной войны, когда 29 июля 1941 года у позиций 65-го Мозырского Укрепрайона появились первые немецкие солдаты. Это был разведывательный батальон, который прощупывал нашу оборону. Получив достойный отпор, немцы отошли.

Больше они не пытались штурмовать бетонные бастионы. Благодаря четкой работе своей разведки в предвоенные годы, они знали не только точные координаты, но и численность и вооружение неприступных ДОТов.

*

Строительство Укрепрайона длилось восемь лет – с 1930-го до 1938 года. В итоге полоса его обороны составила 128 километров – от Копаткевичей до Лельчиц. Северный сектор УРа занимал полосу от Копаткевичей до Припяти по реке Птичь, южный сектор от Припяти до Лельчиц по реке Уборть. Глубина обороны на основных направлениях – 5-6 километров.

В составе 65-го УРа было 181 долговременное оборонительное сооружение, разделённых на четыре участка обороны севернее Припяти и девять южнее. Район располагал 176-ю пулемётными точками на 433 станковых пулемёта и двумя артиллерийскими полукапонирами на 76,2-мм пушки.

К началу Великой Отечественной войны гарнизон Укрепрайона – это три пулемётных батальона, один артполк, сапёрная рота и рота связи. Район располагал достаточным вооружением и транспортными средствами. 2 июля 1941 года УР вошел в подчинение 21-армии с задачей прикрыть восточные выходы из Полесья, пути на Гомель и Жлобин. Однако в полной мере продемонстрировать свою боеспособность 65-му УРу не довелось: 19 августа 1941 года в связи со взятием Гомеля директива Ставки № 001092 предписывала эвакуацию вооружения, уничтожение сооружений и отвод войск (включая отошедшие остатки двух дивизий) за Днепр.

Оставив Укрепрайон, части вышли в полосу действия 21-й армии и поступили в распоряжение главкома западного направления. Дальнейшая судьба многих бойцов и командиров была трагичной – кто-то погиб, кто-то пропал без вести, кто-то попал в плен и прошел все круги ада в концентрационных лагерях. Лишь немногие уцелели и продолжали воевать – либо в составе армии, либо в партизанах. Сам же Укрепрайон как воинская часть был расформирован 27 декабря 1941 года (хотя в составе РККА не значился уже с 1 сентября 1941 года).

***

Судьбы бойцов и командиров  мы можем проследить на примере нескольких уроженцев нашего района. Но начнем с коменданта 65-го УРа майора Ивана Михайленко – уроженца местечка Снетин Волчаковского района Полтавской области. Родился он 17 января 1902 года, в 1917 году окончил в Смоленске 4 класса торговой школы, а через семь лет его призвали в армию. С того момента он навсегда связал свою жизнь с армейской службой.

Уже вскоре после призыва Ивану Максимейко довелось участвовать в боях при Чхаре во время меньшевистского восстания в Грузии. За два года службы он продвинулся от красноармейца-разведчика до помощника командира роты по политчасти. В 1925 году вступил в ряды партии большевиков. Повышая квалификацию на различных курсах усовершенствования и заочном обучении в академии РККА, Иван Михалейко дослужился до начальника штаба 34-го стрелкового полка 62-й стрелковой дивизии. Правда, в 1938 году на корпусной парткомиссии вдруг всплыл факт службы его отца в армии Деникина. За такое в те годы не жаловали. Но Михайлейко отделался лишь выговором. Еще один выговор он получил от полкового партбюро за выпивку.

В конце октября 1940 года Иван Михайленко был назначен комендантом Мозырского УРа. За те семь месяцев, что возглавлял УР, он предпринимал все от него зависящее, чтобы в случае необходимости дать непрошеному врагу достойный отпор.

Увы, реальная ситуация сложилась иначе. Иван Михалейко во главе своей части вынужден был отступить в южной направлении.

Первоначально в донесениях указывалось, что майор Михалейко пропал без вести. Но позже лейтенант Герман Захаров засвидетельствовал, что Иван Маркианович Михайлейко участвовал в ожесточенных боях и погиб в сентябре-октябре 41-го, был похоронен в селе Барды Коростенского района.

***

Неразбериха и хаос первых дней, недель и месяцев войны нередко приводили к тому, что бойцы одного подразделения оказывались в рядах других частей и подразделений. Судя по доступным документам того времени, 65-й УР должен был отойти на Чернигов. Именно там (уже по немецким документам) многие бойцы и младшие командиры попали в плен или пропали без вести.

По документам пропал без вести и уроженец Великих Автюков красноармеец Иван Гарист, 1908 года рождения, который также проходил службу в 65-м УРе. До войны он жил и работал в Шиичах, откуда и был призван в первых числах июля.

На самом деле Иван Гарист 4 сентября 1941 года попал в плен под Черниговом. После оказался в Oflag 57 – немецком лагере для военнопленных в польском городе Остроленка недалеко от Белостока. И хотя официально лагерь именовался офицерским (Oflag), на практике в нем содержались не только офицеры, но и большое количество советских рядовых и сержантов.

Первое время военнопленных содержали под открытым небом или в неприспособленных помещениях в тяжелейших антисанитарных условиях. Зимой 1941-1942 годов в лагере вспыхнула страшная эпидемия сыпного тифа, которая унесла жизни тысяч заключенных.

Иван Иванович умер 27 июня 1942 года. Местом его погребения указан польский город Хорощ (Choroszcz). Расположенный недалеко от Белостока, он известен крупным лазаретом для военнопленных, куда свозили истощенных больных узников из близлежащих лагерей, в том числе из Остроленки (Oflag 57) и Волковыска (Stalag 316). Именно летом 1942 года в Хороще зафиксирована высокая смертность среди советских солдат.

Прошел испытания немецким пленом и уроженец Пеницы Трофим Мицкевич, 1902 года рождения. Первый раз его призвали в Красную Армию еще в октябре 1924 года. Повторно он был призван по мобилизации в конце июня 1941 года. В должности политрука Трофим Михайлович и служил до того самого момента, когда оказался в немецком плену. Лишь после освобождения из плена и прохождения проверки в 10-м запасном полку 1-й запасной стрелковой дивизии в конце ноября 1945 года он был награжден медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.» и вернулся домой.

Все круги ада испытал на себе в Stalag VIII-A и уроженец Александровки Логвин Соломонов. Через этот немецкий лагерь, который находился в Нижней Силезии, рядом с городом Гёрлиц (сейчас это польский город Згожелец на границе с Германией) за годы войны прошли более 100 тысяч узников разных стран.

Логвин Федорович прошел срочную службу в армии еще в 1920-х. Повторно его призвали 4 июля 1941 года. В звании лейтенанта он прибыл в 65-й УР на должность командира взвода 5-го отдельного пулеметного батальона. В боях под Черниговом, будучи раненым, в бессознательном состоянии попал в плен. Его этапировали в лагерь под Житомиром, где он оказался вместе с односельчанином Павлом Сопотом. Понимая, что Житомир не конечный пункт назначения узников, Павел предложил Логвину побег. Но тот по своему физическому состоянию не смог этого сделать.

А Павел Тимофеевич бежал, добрался до родных мест, и в октябре 1942-го ушел в партизаны, доблестно воевал и был представлен к ордену Отечественной войны 2-й ст. Логвин же Соломонов четыре года находился в концлагере, чудом выжил и был отпущен домой только в конце июля 1945 года.

В 407-м артполку 65-го УРа проходил службу уроженец Гулевичей Александр Корнеевец, 1913 года рождения. Первый раз был призван на срочную службу 8 октября 1935 года, повторно – по мобилизации 15 июля 1941 года. Его фронтовая судьба сложилась удачно – в качестве командира взвода боепитания в составе 338 СП 96 СД он воевал на Западном, 1-м и 2-м Белорусских фронтах, был награжден медалями «За боевые заслуги», «За взятие Кенигсберга» и «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.».

В сентябре 1939 года в 65-м УРе началась военная жизнь и для уроженца Дудичей Михаила Курченка. Впоследствии он оказался в рядах 923 артполка 357 СД, в составе  которых воевал до Победы.

24 июня 1941 года прибыл к месту службы в 65-й УР и уроженец Рудни Антоновской Макар Филиппов. Затем в оборонительных боях воевал на Западном, Воронежском и Калининском фронтах, был тяжело контужен и четырежды ранен. Позже воевал в должности начальника артиллерии 297 СП 184 СД, был награжден орденом Отечественной войны 1-й ст. и двумя орденами Отечественной войны 2-й ст., медалью «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.».

Уроженец Калинковичей Лев Перцовский 1915 года рождения был призван на службу в 1940 году. В звании лейтенанта занимал должность командира пулеметного взвода 33-го отдельного пулбата (ДОТ №70). В июле 1941 года по заданию командования возглавил группу разведки, которая доставила ценные сведения о противнике. Уже в боях на Черниговщине в августе у хутора Новые Ярыловичи со своим взводом успешно отбивал немецкие атаки. А 4 сентября, прикрывая отход наших частей, Лев Перцовский получил пулевое ранение в грудь, и когда боевая задача была выполнена, его направили в медсанбат. С тяжелым ранением легкого он был эвакуирован в тыловой госпиталь, а по документам своей части числился пропавшим без вести.

После излечения в Томском госпитале Перцовскому выдали справку об ограниченной годности в военное время для работы в тылу. Он так и остался в Сибири, в Кемеровской области, где уже в 1946 году был представлен к ордену Красной Звезды, но награжден медалью «За отвагу».

Вот так сложились судьбы тех, кто в 1941 году встретил оккупантов на позициях 65-го Мозырского Укрепрайона.