Варшава потребовала от Берлина репараций за ущерб, нанесенный стране в ходе Второй мировой войны. В Польше впервые назвали официальную сумму, которая, ни много ни мало, составила 6,2 трлн злотых или $1,3 трлн. Польские власти отметили, что ФРГ в состоянии заплатить ее. Однако Германия платить отказывается, заявляя, что свои обязательства выполнила уже давно, и еще в середине 50-х годов прошлого века Польша это официально признала.

В своем обращении лидер правящей партии «Право и справедливость» Ярослав Качиньский заявил, что Германия никогда не отвечала за свои преступления против Польши: «Мы должны стремиться восстановить самосознание немецкого народа». При этом, по его словам, выше названную претензионную сумму подсчитывали «самым консервативным способом», и ее не мешало бы увеличить.

Из умозаключений Качиньского стало очевидным, что получение компенсации «за всё, что Германия, германское государство и немецкий народ сделали в Польше в 1939–1945 годах», а это, на минуточку, репарации за гибель более 5,2 млн польских граждан в годы Второй мировой, неизбежна, но, к сожалению, несвоевременна.

«Эта сумма вполне приемлема для экономики Германии и не слишком ее обременит», - резюмировал глава правящей партии «Право и справедливость».

Свои требования польские власти отразили в трехтомном отчете о размере компенсаций Польше со стороны Германии, который отшлифовывали несколько лет. А для общедоступности текст перевели на немецкий и английский языки.

Напомним, что еще с начала 2000-х польские власти стали напоминать немцам о репарациях. Первым этот вопрос поднял занимавший тогда пост президента Лех Качиньский.  При обсуждении проекта конституции ЕС и процесса принятия решения в Евросоюзе, он заявил, что Польша должна обладать тем же количеством голосов, которые бы у нее были, если бы она не потеряла так много людей во Второй мировой. Это вызвало крайнее раздражение как самого Берлина, так и всего ЕС. Впоследствии польские власти немного поутихли. Но от этой идеи не отказались. Более рьяно мысль о репарациях стал продвигать Ярослав Качиньский, после того как его партия получила большинство голосов на выборах. Так, бывший премьер-министр Польши Беата Шидло не раз говорила, что ее страна имеет право на «восстановление справедливости». «Мы жертвы, которым не возместили ущерб», -  заявляла она.

Уже в 2017-м в стране создали специальную парламентскую комиссию для подсчета суммы выплат. В стороне не остался и простой польский народ, который поддержал позицию властей. Так, по результатам недавно проведенного лабораторией United опроса общественного мнения выяснилось, что практически половина поляков - 47,2% респондентов - считает правильным поднимать тему военных репараций от ФРГ. Вот только в успех верит лишь каждый пятый.

Однако в Берлине заявляют, что не собираются больше ничего выплачивать, поскольку заплатили крупные репарации после войны, и в 1953 году Варшава признала, что немецкая сторона выполнила все необходимые обязательства. Вдогонку добавляя, что в начале 90-х власти ФРГ направили Польше 500 млн марок в качестве компенсации и около 2 млрд марок для узников концлагерей и жертв нацистских программ принудительного труда. Помимо этого, отказ Польши от каких-либо репараций зафиксирован и в 1990-м — в международном договоре об окончательном урегулировании в отношении Германии. То, что официальная позиция Германии с тех пор не изменилась, немецкие власти подчеркнули в очередной раз.

Российские политологи считают, если Варшава что-то и хочет получить от Германии, то это может быть только путем проведения новых переговоров и установлением границ этих репараций. А поскольку у Польши  нет особых правовых оснований, думается, Германия на это не пойдет.

А может подобные заявления – это способ привлечь внимание избирателей перед выборами? Вероятность того, что Германия раскошелится минимальная, а может все же ограничатся какой-то символической выплатой?

Другие же исследователи считают, что сумма в $1,3 трлн неподъемная для Берлина, и ФРГ не будет выплачивать ее Варшаве, тем самым в очередной раз подчеркивая, что не намерены заниматься благотворительностью под видом возмещения ущерба.

Кажется очевидным популизм, который, скорее всего, адресован внутренней аудитории. Некоторые прослойки польского населения не перестали думать, что им все должны на протяжении многих столетий, и страна вообще вечная жертва, которую постоянно обижают. Так сказать, «имидж ничто – жажда все!».

Такая агрессивная позиция Варшавы - одно из проявлений стремления занять более важную позицию в ЕС, чем это было раньше. Сложно сказать, как можно оформить эти претензии Польши с юридической точки зрения. Ведь есть целая система договоров, если все пересматривать, то можно вернуться и к вопросу границ, уверены эксперты.

Татьяна АРГУНОВА-ВЕКО