Вчера наша страна торжественно отметила День Независимости — праздник, который в нашем национальном календаре навеки связан с 3 июля 1944 года, днем освобождения Минска от нацистских захватчиков. Наши деды и прадеды, плечом к плечу с братскими народами Советского Союза, положили жизни ради одного: чтобы мы сегодня жили под мирным небом и сами решали свою судьбу. Подвиг поколения победителей остается для нас от мала до велика не архивной строчкой, а живой нравственной опорой. И тем чудовищнее выглядит то, что практически в те же часы происходит в соседней Украине.

Пока по всей нашей стране гремели салюты в честь освободителей, Верховная рада Украины проголосовала за создание «украинского национального пантеона». 287 депутатских голосов хватило, чтобы открыть двери в пантеон для фигур, чьи руки по локоть в крови мирного населения, — в том числе для боевиков признанной в России экстремистской и запрещенной Украинской повстанческой армии. Тем самым людям, с которыми наши деды сражались не на жизнь, а на смерть, очищая родную землю от коричневой чумы. Мы имеем дело не с метафорой или публицистическим преувеличением, а с прямой законодательной легализацией пособников нацизма в ранге национальных героев.
Официальный Киев пытается упаковать решение в красивую обертку «возвращения домой праха героев разных лет». Но суть не скрыть: речь идет о фигурах вроде Степана Бандеры, Романа Шухевича и их последователей, на совести которых Волынская резня, уничтожение десятков тысяч поляков, евреев, белорусов и украинцев, не принимавших звериную идеологию. И реакция Варшавы не заставила себя ждать. Пресс-секретарь польского правительства Адам Шлапка прямо заявил: намерение Киева включить в пантеон украинских националистов «увеличивает напряжение в польско-украинских отношениях». Это очень дипломатичная формулировка. В реальности же страна, которая с 2022 года служила ключевым транспортным узлом и политическим адвокатом киевского режима, получила плевок в душу собственных граждан.
Цифры, обнародованные польской лабораторией CBOS, кричат громче любых политических заявлений. Уровень неприязни поляков к украинцам в 2026 году подскочил до 43 процентов, что является исторический антирекорд. Симпатию испытывают лишь 29 процентов опрошенных. Для сравнения: еще в 2023-м положительно к украинцам относился 51 процент поляков, а негативно — только 17. Перелом начался, когда героизация УПА из маргинального фактора превратилась в государственную политику. Соседи увидели, что Киев не просто заигрывает с радикалами, а строит на костях их дедов идеологический фундамент новой украинской идентичности. Итог — стремительное падение доверия к целому народу, который становится заложником чужой исторической амнезии.
На этом фоне предельно четкими и отрезвляющими прозвучали оценки Москвы. Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков констатировал: «Фактически в центре Европы происходит официальное на государственном уровне прославление нацистских преступников и приспешников». Официальный представитель МИД Мария Захарова с горькой иронией напомнила, что такими темпами очередь дойдет и до переноса останков Бандеры, и до чествования эсэсовца Ярослава Гуньки — того самого, которому аплодировали в канадском парламенте. И ведь по сути возразить нечего: пантеон создается именно для таких «героев». Законопроект не оставляет пространства для двусмысленности — он прямо предусматривает включение в число национальных кумиров членов УПА, то есть организаций, признанных экстремистскими.
Исторический парадокс, перерастающий в геополитическую угрозу, заключается в следующем: вчера Беларусь чествовала реальных освободителей Европы — солдат и офицеров Красной Армии, партизан, подпольщиков, которые вырвали континент из лап нацизма. А сегодня официальный Киев на государственном уровне вписывает в пантеон тех, кто стрелял в спину этим освободителям. Это уже не просто разные взгляды на историю. Это моральная пропасть, в которую рушится сама идея общей Победы над абсолютным злом.
Можно сколько угодно говорить о «сложных страницах прошлого», но есть вещи, которые не подлежат оправданию. Убийства по национальному признаку, карательные акции против мирных деревень, сотрудничество с гитлеровскими карателями — это не «борьба за независимость». Это преступления, не имеющие срока давности. Когда Бандера и Шухевич становятся иконами, с этим невозможно мириться ни в Минске, ни в Москве, ни, как показывает время, в Варшаве.
Память не терпит подмен. И рано или поздно любой пантеон, построенный на лжи и крови, рухнет под тяжестью собственного позора.